◀ Пред. След. ▶ Сегодня
✓ ☀️ Бумага
✓ 📜 Сепия
✓ 🌙 Ночь
?
Пятница • 30 октября 2026 г. (17 октября 2026 г. ст. ст.)

Седмица 22-я по Пятидесятнице. Поминовение всех православных христиан, безвинно богоборцами убиенных или безвинно пребывавших в заключении. Глас 4-й.

Постный день.

Евангельские и Апостольские чтения

Чтение дня

Кол.4:10–18 (зачало 261). Лк.9:12–18 (зачало 42).

Послание к Колоссянам 4:10-18 (зачало 261)

4:10 Приветствует вас Аристарх, заключенный вместе со мною, и Марк, племянник Варнавы [о котором вы получили приказания: если придет к вам, примите его],
4:11 также Иисус, прозываемый Иустом, оба из обрезанных. Они - единственные сотрудники для Царствия Божия, бывшие мне отрадою.
4:12 Приветствует вас Епафрас ваш, раб Иисуса Христа, всегда подвизающийся за вас в молитвах, чтобы вы пребыли совершенны и исполнены всем, что угодно Богу.
4:13 Свидетельствую о нем, что он имеет великую ревность и заботу о вас и о находящихся в Лаодикии и Иераполе.
4:14 Приветствует вас Лука, врач возлюбленный, и Димас.
4:15 Приветствуйте братьев в Лаодикии, и Нимфана, и домашнюю церковь его.
4:16 Когда это послание прочитано будет у вас, то распорядитесь, чтобы оно было прочитано и в Лаодикийской церкви; а то, которое из Лаодикии, прочитайте и вы.
4:17 Скажите Архиппу: смотри, чтобы тебе исполнить служение, которое ты принял в Господе.
4:18 Приветствие моею рукою, Павловою. Помните мои узы. Благодать со всеми вами. Аминь.

Евангелие от Луки 9:12-18 (зачало 42)

9:12 День же начал склоняться к вечеру. И, приступив к Нему, двенадцать говорили Ему: отпусти народ, чтобы они пошли в окрестные селения и деревни ночевать и достали пищи; потому что мы здесь в пустом месте.
9:13 Но Он сказал им: вы дайте им есть. Они сказали: у нас нет более пяти хлебов и двух рыб; разве нам пойти купить пищи для всех сих людей?
9:14 Ибо их было около пяти тысяч человек. Но Он сказал ученикам Своим: рассадите их рядами по пятидесяти.
9:15 И сделали так, и рассадили всех.
9:16 Он же, взяв пять хлебов и две рыбы и воззрев на небо, благословил их, преломил и дал ученикам, чтобы раздать народу.
9:17 И ели, и насытились все; и оставшихся у них кусков набрано двенадцать коробов.
9:18 В одно время, когда Он молился в уединенном месте, и ученики были с Ним, Он спросил их: за кого почитает Меня народ?

Чтение дня

* Поминовение усопших установлено определением Священного Синода Русской Православной Церкви от 23–24 сентября 2021 года.

Мысли на каждый день года — свт. Феофан Затворник

Кол.2:1–7; Лк.9:12–18

Чýдное насыщение народа в пустыне – образ насыщения верующих во Св. причащении Пречистым Телом и Пречистой Кровию Господа. Господь сидит особо; народ рассажен «на купы»; апостолы посредствуют, получают хлеб и раздают. Так и ныне: верующие все разделены на группы – малые частные церкви, в которых Господь, невидимо присутствуя, раздает Свое Тело и Кровь чрез апостольских преемников. Как тогда апостолам, так теперь преемникам их говорит Он: «вы дайте им есть» Лк.9:13. Как тогда, так и теперь народ верующий неотступно предстоит Господу в посте, слушании слова и молитвенном взыскании исцеления от грехов, когда готовится приступить к Божественным Тайнам. Так предначатое в явлении Господа таинство продолжается доселе и будет продолжаться до скончания века. И в будущем веке будет своего рода причащение, ибо Господь обещает дать вкусить «от манны сокровенной» и «от древа животного» (Откр.2:17, 7).

И в земном раю для прародителей устроено было свое таинственное причащение – вкушение от древа жизни; в ветхозаветной же церкви образ его – вкушение пасхального агнца. Таким образом, таинственное причащение началось с родом человеческим, было и будет с ним во веки вечные, в разных видах, но одном значении – приискренняго общения с Господом; ибо «в Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков» Ин.1:4

Созданным по образу Божию и надлежит быть в таком общении с Тем, Который есть «сияние славы и образ ипостаси Отчей» Евр.1:3

Изречения дня

Мир и земная жизнь – это ярмарка, где каждый человек за золото своей жизни покупает жизнь вечную.

— архим. Ефрем Святогорец

Иконы Пресвятой Богородицы

Икона Пресвятой Богородицы «Избавительница»

Икона Божией Матери «Избавительница» до 20 июля 1889 года, когда она была принесена в Ново-Афонский Симоно-Кананитский монастырь на Кавказе, находилась на Святой Горе Афон у насельника Русского Пантелеимонова монастыря схимонаха Мартиниана († 1884). Благочестивый схимник получил эту икону от великого подвижника, иеромонаха Феодула.

Святая икона прославилась чудотворениями с давних времен. По молитве перед этой иконой в 1841 году жители Спарты (в Греции) избавились от саранчи.

Из Пантелеимоновой обители, по завещанию схиархимандрита Макария, эта икона была передана Ново-Афонской обители. Когда в Симоно-Кананитской обители впервые было совершено празднование в честь этой иконы, буря выбросила на берег у монастыря более тонны рыбы.

Икона была передана Ново-Афонскому монастырю 20 июля 1889 года, и в её честь было установлено празднество 17 октября, в благодарное воспоминание чудесного спасения императора Александра III со всей семьей во время железнодорожного крушения под станцией Борки Курско-Харьковско-Азовской дороги. Менее чем за месяц до этого происшествия, 24 сентября 1888 года, все семейство государя императора посетило Ново-Афонскую обитель, где Александр III лично заложил собор во имя святого великомученика и целителя Пантелеимона. В этом соборе вплоть до разорения монастыря в 1924 году пребывала чудотворная икона Божией Матери «Избавительница».

На иконе Пресвятая Богородица изображена держащей на левой руке Богомладенца, благословляющего десницей.

На начало XXI века икона сохраняется в обители. Покрытая золоченой ризой с эмалью, она вделана в другую икону большего размера, на которой её держат в руках изображенные в полный рост апостол Симон Кананит и великомученик Пантелеимон Целитель.

Чудотворный список иконы Божией Матери Избавительница имеется в Вене, в Венском Свято-Никольском Соборе.

Икона Пресвятой Богородицы «Прежде Рождества и по Рождестве Дева»

Икона Божией Матери, именуемая "Прежде Рождества и по Рождестве Дева", принесена в Николаевский Пешношский монастырь Московской епархии московским купцом Алексеем Григорьевичем Мокеевым. Около 1780 года Алексей вступил в число братии обители. Все средства он отдал настоятелю архимандриту Макарию, а святую икону оставил в своей келлии. После кончины Алексея икона была принесена настоятелю. Он, увидев, что икона написана маслом на холсте и не по прописям, приказал поставить ее над входной дверью в часовне преподобного Мефодия, которая находилась у дороги, недалеко от обители.

Прославление святой иконы началось в 1827 году, после того, как капитан Платон Осипович Шабашев, проходя ночью мимо часовни, увидел, что от иконы Пресвятой Богородицы исходил необыкновенный свет. В другой раз ему было видение иконы во время трудных обстоятельств жизни. Во сне увидел Платон сияющую икону Божией Матери в облаках над Мефодиевой часовней и услышал голос: "Если хочешь избавиться от искушений, помолись перед этой иконой". Платон послушался наставления Богородицы, и скорбь миновала его.

Благочестивый Платон рассказал о чудесах от иконы настоятелю монастыря, и тот перенес святой образ в обитель. Когда на чудотворную икону хотели надеть ризу, то оказалось, что образ Пресвятой Девы, написанный на полотне, натянут на доску, где было скрыто изображение Богородицы лучшего письма. Особенно многочисленны были чудеса от этой иконы в 1848 году во время холеры, когда многие молящиеся пред ней получали исцеления. Обитель тогда убереглась от холеры, несмотря на то, что врата ее всегда были открыты для всех, гостиница – заполнена, а монашествующие ходили крестными ходами в ближние селения и совершали требы вместо заболевших или умерших приходских священников. В том же году составили службу и установили день празднования иконе – 17 октября. С этого года икона находилась за клиросом храма.

Ещё более образ прославился в 1888 году, так как день чудесного спасения царской семьи во время крушения царского поезда был 17 октября – днём праздника иконы. Вернувшись в столицу, император Александр III повелел служить благодарственный молебен образу Божией Матери "Прежде Рождества и по Рождестве Дева" во всех храмах России. Для тех церквей, где такой образ отсутствовал, срочно изготовили списки с него.

В предреволюционный период образ помещается в Покровском монастырском храме, близ мощей преподобного Мефодия Пешношского. После закрытия Николо-Пешношского монастыря в 1920-х годах первоначальный образ был утрачен.

В новейшее время для возрождённой обители мастерами Троице-Сергиевой Лавры был создан новый список. Этот список был поставлен в Никольском соборе монастыря и также прославился чудесами. Так, в воскресенье 17 марта 2019 года, в Неделю Торжества Православия, во время Божественной литургии произошло обильное мироточение чтимой иконы [1].

Икона «Прежде Рождества и по Рождестве Дева» размером 12 вершков в вышину на 9 в ширину. На образе Богородица представлена фронтально по пояс с восседающим на Её левой руке Предвечным Младенцем. Спаситель и Его Мать увенчаны царскими коронами. Иисус Христос держит в деснице царский скипетр. Левой рукой Богомладенец опирается на державу, которую Богородица, как бы помогая Ему, придерживает снизу.

Литургической основой икон данного извода является богослужебный текст богородична (глас 7): "...прежде рождества Дева, и в рождестве Дева, и по рождестве паки пребываеши Дева." На формирование иконографии оказали влияние такие западные образцы, как распространенное в средневековой Германии изображение Богоматери "Dreimal Wunderbare Mutter" ("Трижды дивная Матерь"). Среди иных известных в России образов по иконографии наиболее близки иконы Ломовская, Шестоковская, Мишковская и Чубковская из Стародубья [2].

Примечания (2) Свернуть примечания →
[1] "Знамение от иконы Божией Матери «Прежде Рождества и по Рождестве Дева»", официальный сайт Николо-Пешношского монастыря, 21 марта 2019
[2] "Калужская и Боровская епархия", Православная энциклопедия, т. 29, с. 585-628

Соборы святых

Мученики-бессребреники Косма и Дамиан Аравийские и братия их Леонтий, Анфим и Евтропий

Воспоминаемые церковью 17 октября, мученики и бессребреники Косма и Дамиан были современники бессребреникам римским. Родина их – Аравия. Подобно соименным бессребреникам, они занимались врачебною наукой, но наука немного помогала им при врачевании болезней. Получив от Бога благодать чудотворений, они врачевали недуги людей именем Христа Спасителя.

Как скоро слух о чудесах и учении их достиг до игемона Лисия, тотчас приказано было взять их. Приведенные в Киликию, они были представлены игемону. Расспросив о вере, именах и отечестве, игемон приказал им принести жертву идолам. Когда же они не хотели исполнить приказание его и даже дерзновенно исповедали свою веру во Христа, он велел бить их без милосердия, а потом связанных бросить в море.

Но Господь спас их от потопления. Ангел разрешил их узы и совершенно здоровых вывел на сушу. Это чудесное спасение было приписано чародейству.

– Скажите мне, – вопрошал их игемон, – каким это чародейством вы спаслись от моря? И я хочу подражать учению вашему.

– Мы христиане – отвечали мученики, – никаких чарований не знаем, имеем одну только силу Христову, которая спасает нас от всех бед.

Раздраженный игемон не хотел более говорить и велел заключить их в темницу. На другой день он приказал бросить их в огонь.

Но Господь и здесь хранил их: огонь потерял естественную силу и не прикасался их.

Игемон дивился, но, не познав Спасающего их, испытал над ними новые казни, но все напрасно. Повесив их, сначала велел бросать в них камни, а потом стрелять из луков, но камни и стрелы отскакивали от тел их, как от стен, и поражали самих мучителей. Не находя более средств для достижения своей цели, игемон приказал обезглавить их мечом. Вместе с ними пострадали еще трое христиан: Леонтий, Анфим и Евтропий.

Все пять мучеников, пострадавшие вместе, были вместе и погребены. Время их страданий с достоверностью неизвестно; несомненно только, что они пострадали в конце III века, в царствование Диоклетиана и Максимиана. Вот все, что известно об этих святых бессребрениках.

Святые дня и жития

свт. Ио́сиф (Джандиери) Грузинский, чудотворец

Святой Иосиф (Джандиеришвили)[1] подвизался в Давид-Гареджском монастыре. Святитель был наделен Господом даром чудотворения. Его молитвами исцелялись смертельно больные и одержимые злым духом. За мудрость и добродетельность его возвели в сан епископа Рустави, а в 1755 году он был избран Католикосом. Святой Иосиф, невзирая на высоту своего иерархического положения, оставался монахом-аскетом.

В 1764 году святой Католикос Иосиф, подобно святому Григорию Богослову, смиренно оставил Архипастырскую кафедру, уединился в Ахмете (Северо-Западная Грузия): собственноручно обрабатывал виноградник и большую часть урожая раздавал неимущим. Климат в тех краях капризный, часто засуха и град почти полностью уничтожают труды земледельцев. За все время пребывания там святого Иосифа его виноградник ни разу не пострадал ни от засухи ни от града.

Его молитвой исцелялись больные, прозревали слепые. Поэтому жители той местности очень любили его и уповали на него. Святой Гавриил Малый (пам. 17 марта) в одном из своих сочинений с радостью отмечает, что "один раз увидел и два раза облобызал руку его святую".

Католикос Иосиф, дожив в святости до глубокой старости, мирно почил в 1770 году.

Примечание Свернуть примечание →
[1] Память 30 октября (груз.). Не включён в современный Месяцеслов Русской Православной Церкви.

прп. Анто́ний Леохновский, Новгородский

Прп. Антоний Леохновский, происходивший из боярского рода, был новгородским пустынножителем. Около 1556 года он основал Спасо-Преображенскую пустынь на Леохнове, близ Старой Руссы. Во время шведского разорения в 1611 году переехал в Новгород, где и скончался в возрасте 85 лет. Похоронен в Новгороде, но по его предсмертному предсказанию мощи были обретены нетленными и в 1620 году перенесены обратно в возрожденную Леохновскую обитель, где совершились многочисленные чудеса.

Житие Свернуть →

Преподобный Антоний, сын тверских боярских детей Вениаминовых, родился около 1526 года. Люди богобоязненные, родители Антония воспитали сына в заветах строгого благочестия, и посеянное ими в юной душе семя страха Божия скоро принесло свой добрый плод. Еще будучи отроком, Антоний обнаружил склонность к подвижничеству; с годами его ревность к благочестию возрастала все более и более, пока, наконец, не созрело в нем решение оставить мир с его соблазнами и поселиться где-либо в уединении, чтобы беспрепятственно служить Богу. Улучив подходящее время, Антоний тайно покинул навсегда родительский дом и, вверив себя водительству Промысла Божия, отправился искать желанного безмолвия. Он достиг пределов Новгородской области и остановился в урочище Пустошь Рублево, Бурежского погоста, на юго-западном берегу озера Ильменя. Пустошь отстоит от Новгорода окольным, сухим путем верст на сто, а прямым, чрез озеро Ильмень, верст на 50. Рублево лежало при речке Переходе и представляло собою горы, прорезанные оврагами и покрытые вековым лесом. Место это показалось Антонию удобным для уединенного пустынножительства. В одной горе он выкопал себе тесную пещеру и начал в ней спасаться: труд, молитва, пост и другие подвиги обуздания плоти были для отшельника средствами спасения. По заповеди Божией, преподобный Антоний вкушал свой хлеб в поте лица (Быт.3,19). Он расчистил лес под пашню и огород, сеял хлеб, сажал овощи; затем сам убирал созревшую ниву, сам и молотил хлеб на гумне, которое устроил недалеко от пещеры. Добытый собственным трудом хлеб и служил пустыннику пищей; изредка он прибавлял к нему немного овощей. Но и этой скудной пищи преподобный вкушал лишь по столько, сколько необходимо для подкрепления изнемогающей плоти, один раз в сутки, по захождении солнца; часто же преподобный и совсем отказывался от пищи, налагая на себя строгий пост. Пил он простую колодезную воду. Спал подвижник на сырой земле, заменявшей в его пещере пол, причем в изголовье себе стлал ничем не покрытую деревянную колоду. Неоднократно в течение ночи он оставлял свое суровое ложе для молитвы. В молитве изливал он пред всевидящим Господом свою душу и ею ограждал себя от нападавших на него пустынных страхований.

Идя неуклонно скорбным и узким путем самого сурового подвижничества, преподобный Антоний, подкрепляемый благодатью Божией, достиг столь высокой степени совершенства, что окончательно умертвил в себе всякую привязанность к миру. Между тем тайный уход его с родины поверг домашних в скорбь и слезы; они начали повсюду искать пропавшего. Двум сестрам преподобного удалось узнать о месте его подвигов. Пришли они в Рублевскую пустынь, долго ходили здесь по дремучему лесу, звали подвижника-брата и плакали; но преподобный Антоний не показался им, ибо ради Господа он оставил дом свой. Господь сказал: Всяк, иже оставит дом... имене Моего ради, сторицею приимлет (Мф.19,29). Во исполнение сих слов Он удостоил Своего угодника великого дара чудотворений.

Несмотря на полное уединение преподобного Антония, молва о его богоугодной жизни распространялась все далее и далее.

Услышал о нем инок одного монастыря, по имени Нифонт, который и захотел посетить славного подвижника. От одного новгородского купца Нифонт узнал, где находится Рублевская пустынь, и отправился к преподобному Антонию. Увидев его, инок сначала испугался, потому что изнуренная подвигами плоть пустынника была черна и груба. Но преподобный успокоил посетителя словами: «Чадо, не бойся вида моего тела!» Потом, назвав по имени Нифонта, с которым встречался первый раз в жизни, преподобный облобызал его и разделил с ним свою скромную трапезу. Целый день вели они душеспасительную беседу, прерывая ее по временам общей молитвой.

Заветным желанием преподобного Антония было облечься в иноческий образ. Об исполнении этого желания он усердно молил Бога, и Господь услышал его молитву. В праздник Вознесения Христова преподобному явился Ангел Господень и сказал: «Антоний! Иди на место, называемое Леохново, на три поприща отсюда».

Повинуясь велению небесного вестника, прп. Антоний оставил пустынное безмолвие и пришел в Леохново; здесь он нашел священноинока-отшельника Тарасия, который и постриг его без перемены прежнего, мирского имени.

Общими усилиями и трудами преподобные Антоний и Тарасий построили в Леохнове храм, украсили его святыми иконами, снабдили книгами и другими предметами, необходимыми для богослужения. Когда постройка храма была окончена, сподвижники послали к Новгородскому архиепископу за благословением на освящение храма и за антиминсом. Узнав от посланного, от чьего имени он пришел, архиепископ охотно исполнил просьбу иноков – дал свое благословение преподобному Антонию и антиминс для церкви. Храм был освящен в честь Преображения Господня в самый день этого праздника (6/19 августа). Так положено было основание Леохновской пустыни. Вскоре начали стекаться сюда желающие подвизаться под руководством преподобного Антония. Приходили в Леохново не только люди простого звания, но также и знатные, подобно самому преподобному, люди благородного происхождения, которые, по апостолу, вменили «вся уметы быти, да Христа приобрящут» (Флп.3,8). Преподобный не был человеком образованным или даже начитанным, но для собравшейся братии он явился мудрым руководителем, назидавшим иноков и собственным примером, и хотя простыми, но полными глубокого жизненного значения поучениями. Первым являлся подвижник в храм и оставлял его последним; за службой Божией он стоял с великим вниманием и благоговением. Время, свободное от церковной молитвы, он проводил в трудах, сам исполнял все черные монастырские работы; иногда преподобный пек для братии хлеб или готовил кушанье. После трудового дня наступала ночь, но и ее подвижник нередко проводил без сна в молитве, не давая никакого послабления плоти, и без того изможденной непрестанным трудом и постом.

Подражая сам великим пустынникам древности, преподобный Антоний ставил их в образец иноческой жизни братии своей обители. Он любил напоминать им следующие слова святого Исидора Пелусиота: «Для чего мы называем отцами прежде нас бывших черноризцев, если сами не хотим, как истинные сыны их, последовать их отеческим нравам и украшаться их обычаями? Не могут нам быть отцами те, нравам которых не подражаем. Поревнуем, братия, житию отцов наших, которые, окрылившись любовью к Богу, возлетели от видимого превыше всего земного, чтобы вкусить сладости небесной; бездомовные, безыменные, в пустынях и расселинах земных, они покорили плоть свою духу и уже на земле явили себя не человеками, но Ангелами; поревнуем им, чтобы вместе с ними прославиться на небесах». Убеждая братию идти путем, завещанным святыми отцами, преподобный Антоний указывал им, что для этого требуется единственно искреннее желание и здравый ум; спасительный путь одинаково открыт и ученому, и простецу. В подтверждении этой истины он повторял братии изречение отца монашествующих, преподобного Антония Великого: «Не требует иных душа человеческая, как только здравого ума».

Наставления Леохновскаго подвижника, подкрепляемые его примером, падали на добрую почву: братия усердно исполняли его наставления. Церковное богослужение в обители совершалось со строгим благочинием; в храме братия с благоговением внимали церковному пению и чтению, не нарушая молитвенной тишины. Охотно исполняя возложенные послушания, иноки присоединяли к ним и добровольные подвиги для спасения души. Поэтому монастырь преподобного Антония был действительным приютом мира, братской любви, взаимного самопожертвования и других христианских добродетелей. Видя духовное возрастание братии, преподобный радовался и благодарил Господа. Между тем число братии Леохновской обители возрастало и с течением времени достигло до пятидесяти.

Дары прозорливости и чудотворений, полученные от Господа преподобным Антонием еще во дни уединенного подвижничества, подвижник проявлял и в последующее время своей жизни.

Так, стоя однажды на молитве, преподобный Антоний сказал келейнику: «Брат! Сегодня под Оршею, ради грехов наших, побито множество православных».

И через несколько дней до монастыря дошла печальная весть о поражении русских под Оршею в битве с поляками, происшедшей в тот именно день, в который сказал о ней преподобный.

При жизни преподобного Антония в Леохновской обители случился пожар: загоралась крыша трапезной, и огонь, раздуваемый и направляемый сильным ветром, готов был перекинуться на соседние келлии. Опасность грозила всему монастырю. Испуганный келарь прибежал к преподобному и, припав к ногам игумена, со слезами просил его помолиться о спасении обители. Тогда преподобный Антоний обратился к иконе Всемилостивого Спаса, стоявшей в келлии, и так молился со слезами: «Господи! Ты благоволил возлюбить место сие, попусти же наказание с милостью и сотвори достойное».

Затем, еще с не обсохшими от слез глазами, преподобный сказал келарю: «Не бойся, брат, Всемилостивый Господь Бог наш не опечалит нас свыше меры».

И только что он произнес эти слова, как ветер изменил свое направление. Благодаря этому пожар прекратился, причинив незначительный ущерб обители.

Один юноша, пасший овец близ монастыря, был ужален змеею и находился при смерти. В это время пришел к нему преподобный Антоний и сказал: «Иди к источнику близ обители и принеси воды». Когда юноша исполнил приказание, преподобный влил ему в рот воды со словами: «Во имя Святой Троицы, силою Христовою исцеляет тебя раб Христов, старец Антоний».

Тотчас же у больного началась очень продолжительная и такая сильная рвота, что даже сам преподобный пришел в изумление. После этого юноша почувствовал себя совершенно здоровым и хотел уже гнать свое стадо далее. Но святой старец остановил его таким вопросом: «Скажи, зачем ты вчера клялся бедной вдове, что волк съел ее овцу, тогда как сам ты продал ее за три сребреника?» – «Действительно, солгал я ей, отец». Юноша признался в грехе своем и потом с удивлением спросил подвижника: «Ты, отец, как узнал об этом?» – «Когда я сидел в келлии своей, – отвечал преподобный, – приехал ко мне всадник на белом коне и сказал: «Антоний! Встань и иди скорее на южную сторону, где источник. Увидишь там человека, ужаленного змеею, и скажи ему: не клянись именем Божиим и Его святыми, не делай неправды и отдай вдове овцу, чтобы не было тебе хуже».

Тогда юноша, упав к ногам угодника Божия, подробно исповедал пред ним свой грех: «Точно, – сказал он, – продал я овцу женщины за три сребреника, а сказал, что съел волк. Вдова не поверила мне и говорила: “Разве ты не знаешь, что я человек бедный, но делай, как хочешь”. Прошу тебя, отец, помолись о мне Господу Богу, чтобы Он простил мой грех; вдове же обиженной я возвращу овцу; а в обитель на праздник Преображения Господня и убогим буду ежегодно уделять до самой смерти своей десятую часть от стада».

Преподав покаявшемуся наставление избегать дурных дел, чтобы не потерпеть еще большего наказания, преподобный снова повелел ему возвратить украденное. Потом с миром отпустил юношу; и он удалился, благодаря за свое исцеление Бога и Его угодника.

Слава о преподобном Антонии как великом подвижнике и чудотворце распространилась по русской земле, достигла и до Москвы. Царь Иоанн Васильевич Грозный, много слышавший об угоднике Божием, имел сильное желание его увидеть. Поэтому, когда преподобный Антоний прибыл по нуждам обители в Москву, царь призвал его к себе и просил молитв и благословения. Он вручил преподобному щедрую милостыню для его обители вместе с жалованными грамотами ей на земли и рыбные ловли на озере Ильмене.

Как заботливый хозяин, преподобный Антоний много потрудился и позаботился о благосостоянии своей обители. В 1587 году обитель получила пустоши Рублево и Леохново, затем в конце XVI века и начале XVII были пожалованы ей другие, близко лежащие угодья. В 1606 году преподобный бил челом о пустоши Иваново, причем жаловался, что «монастырския животины выпустити негде», а между тем эта пустошь, не населенная и заросшая лесом, подошла к монастырю близко. Пустошь дана была обители из оброка, другие же угодья – безоброчно.

Пятьдесят шесть лет подвизался преподобный Антоний в иноческом образе и, будучи уже глубоким старцем, приблизился к блаженной кончине, встретить которую Промысл Божий судил ему вне стен родной обители. В 1611 году шведы вторглись в пределы Новгорода и начали опустошать его окрестности. Тогда митрополит Новгородский Исидор (1603–1619), чтобы уберечь уважаемого старца от опасности, вызвал преподобного Антония с несколькими учениками к себе в Новгород. Здесь престарелый подвижник заболел и, чувствуя приближение своей смерти, стал с радостью готовиться к ней. В день Воздвижения Честного Креста Господня старец приобщился Святых Христовых Таин и преподал последнее благословение окружавшим его смертный одр. Затем он велел позвать к себе Корнилия, пономаря церкви святого евангелиста Луки, и обратился к нему с такими словами: «Брат Корнилий! пусть будет тебе знамение, чтобы мне быть положенным в созданном мною монастыре благолепного Преображения».

В этот же день, 14 сентября, прп. Антоний мирно почил на 86-м году от рождения. Время кончины святого старца относится к 1611, 1612 или 1613 г.

Торжественное погребение блаженного старца совершил Новгородский митрополит. Трудолюбное тело преподобного было положено близ алтаря Новгородской церкви во имя святого евангелиста Луки на Рядитине улице. Место своего погребения преподобный Антоний избрал сам, так как нашествие шведов отрезало доступ к Леохновской обители.

По удалении шведов из пределов Новгородских скитавшиеся по лесам жители начали возвращаться на покинутые места. На место Леохновской обители первым пришел Григорий, любимый ученик преподобного Антония, который убежал из нее при нападении шведов и затем укрывался в лесу. На месте обители он нашел лишь пепелище да непогребенные тела убитых братий – враги не пощадили скромной обители преподобного Антония: убогое строение монастырское предали огню, а не успевших скрыться иноков – смерти. Со слезами похоронив тела убиенных, Григорий поставил на родном пепелище маленькую келлию, а близ нее часовню в честь Преображения Господня. Подвизаясь в пустыне, инок молил Господа, чтобы вновь возродилась уничтоженная врагами обитель. Так прошло несколько лет, и вот однажды преподобный Антоний является ученику своему во сне и говорит: «Брат Григорий, пойди в Новгород, скажи митрополиту Киприану и старейшинам города, чтобы положили меня на месте моей обители».

Григорий не обратил внимание на явление, приняв его за обыкновенный сон, хотя оно и повторилось. Наконец преподобный Антоний явился своему ученику в третий раз и, испуская огненные лучи, сказал: «Если не исполнишь слов моих, явлюсь в другом месте; ты же погибнешь».

Грозное явление угодника Божия так сильно поразило Григория, что он долго пролежал как мертвый, без сознания. Придя в себя, он сейчас же отправился в Новгород, где и передал митрополиту и старейшинам города о повелении преподобного Антония. Тогда митрополит Киприан (1626–1634) с крестным ходом, при большом стечении молящихся, пошел ко храму святого евангелиста Луки, близ которого находилась могила преподобного Антония. Когда ее раскопали и, вынув гроб, сняли с него крышку, то тело угодника Божия оказалось нетленным. Среди множества теснившегося народа находился слепец Иосиф, уже три года не видевший света. Молитвами преподобного Антония Иосиф тут же прозрел. По распоряжению Новгородского митрополита мощи чудотворца на место его подвигов сопровождали с молебным пением настоятели Новгородских монастырей во главе с архимандритом Юрьевской обители Дионисием; множество народа следовало за мощами. На пути в Леохново, когда честные мощи несли близ Аркажского монастыря, совершилось новое чудо – прозрел другой слепец, по имени Стефан. С благословением положены были святые мощи преподобного Антония на том месте, где он подвизался более 50 лет. Так исполнилось предсказание святого, что тело его будет покоиться в созданной им обители.

В скором времени после перенесения мощей преподобного Антония его разоренная обитель была восстановлена, но затем скудость содержания прекратила ее самостоятельное существование: монастырь стал приписным, а в 1764 г. был окончательно упразднен, причем два монастырских храма обращены в приходские церкви.

На месте основанной преподобным Антонием обители осталось село Леохново. В 1788 году церкви и остатки деревянного монастырского строения сгорели. Усердием прихожан в том же году вместо деревянных сгоревших церквей был выстроен каменный храм в честь Преображения Господня с двумя приделами, из которых один (северный) – во имя преподобного Антония Леохновского. Придел освящен 30 декабря 1788 года, и в нем под аркой, отделяющей придел от средней части храма, были положены честные мощи преподобного Антония; здесь под спудом они покоятся и в настоящее время. Над мощами преподобного Антония поставлена деревянная вызолоченная рака, на верхней доске которой находится сделанный из серебра образ угодника Божия с вызолоченным венцом и хартией. Пред ракою, на восточной стороне, висит древний образ Нерукотворенного Спаса; предание говорит, что пред этою иконою молился подвижник и что она чудесно сохранилась в куче пепла после пожара 1788 года, когда огонь уничтожил все. При раке хранятся жернова, которыми, по преданию, преподобный Антоний молол хлеб, а также каменный клевец (род кирочки или остроконечного молотка, служащий для обтески камня), служивший ему для обделки жерновов.

Празднование преподобному Антонию местное. Совершается оно трижды в год: во вторую пятницу после праздника святых апостолов Петра и Павла в Леохново бывает крестный ход из семи соседних церквей в память перенесения мощей преподобного Антония из Новгорода; в праздник Вознесения Господня, после литургии, из Леохновской церкви бывает крестный ход в церковь Рублевой пустыни в память пришествия преподобного Антония в Леохново из Рублева после видения ему Ангела в день Вознесения Господня; наконец, 14/27 сентября вспоминается кончина преподобного Антония.

прмч. Иаки́нф (Питателев)

Прмч. Иакинф (Питателев) родился в 1882 году в Пермской губернии. В 1912 году поступил в Верхотурский Николаевский монастырь, где в 1917 году принял постриг. После революции, в октябре 1918 года, он и монах Каллист (Опарин) были арестованы красноармейцами на Малоактайском скиту. Им предлагали отречься от Христа в обмен на свободу, но они отказались. 30 октября 1918 года монахи были расстреляны близ станции Карелино. Их тела были перезахоронены в монастыре.

Житие Свернуть →

Монах Иоакинф – в миру Илья Иванович Питателев – родился в 1882 г. в Усть-Актайском поселке № 77 Верхотурского уезда Пермской губерни, в семье крестьянина.

Питателевы – одно из уважаемых в Верхотурье семейств – появились на Урале в начале XVII века по “выклику” царских глашатаев-бирючей. В 1598 г. указом царя и великого князя Феодора Иоанновича началось строительство нового города в верховьях реки Туры – Верхотурья. Чтобы построить и заселить выбранное под город пространство, правительство делало “клич” - оповещение жителям смежных с Сибирью областей: Вятской, Вологодской и Новгородской. Эти-то “выкликанцы” в количестве 550 человек и были строителями Верхотурья. Первыми откликнулись вятичи и вологжане как жившие ближе. Новгородцы, пришедшие позже, поселились на северо-западе от города и образовали пригородную деревеньку Ямскую. Построив город, строители, по большей части, остались на житье в нем. Среди этих новгородцев-переселенцев и был, по всей вероятности, крестьянин Питателев. “В нынешнем населении г. Верхотурья элемент потомков этих строителей преобладает, и все они принадлежат к вере православной”, - писал священник Петр Торопов – духовник семьи Питателевых – в своей книге, посвященной 300-летию Верхотурья. Среди “выкликанцев” был и “черный поп Иона”- основатель Верхотурского мужского монастыря.

Род Питателевых всегда отличался крепкой верой, благочестием, благотворительностью. Особенно увеличилась помощь Церкви, когда материальное благосостояние семьи возросло. Это могло быть связано с началом на Урале “золотой лихорадки”. В 1819 г. в крае были открыты золотоносные пески, благодаря которым к 1849 г. Россия стала добывать половину мирового золота.

После издания закона о разрешении частным лицам заниматься поисками и разработкой золота, в Верхотурский уезд приехало очень много любителей легкой наживы. Деревня Питателева, названная так, вероятно, по обычаю давать названия населенным пунктам по именам первых поселенцев, оказалась в центре возникших приисков. Она стала очень оживленным пунктом на некоторое время. Цены на продовольственные товары выросли в несколько раз, резко подорожали хлеб, мясо. В деревне Питателевой, состоящей из 20 дворов, цены даже за плохую комнату доходили до 20 рублей в месяц. Основные занятия сельчан – земледелие и охота – стали приносить стабильно высокие доходы. Питателевы за все благодарили Бога и неустанно помогали в строительстве храмов. Вскоре они переселились в Верхотурье, поселились в Ямской слободе, рядом со Знаменской церковью. Эта церковь была построена в 1640 г. верхотурскими ямщиками, выходцами из Новгородской земли. Храм посвящен Новгородскому Знамению Божией Матери. Настоятелем Знаменской церкви во 2 половине XIX века был священник Петр Матвеевич Торопов, которого назначили сюда сразу после окончания Пермской духовной семинарии. Он более сорока лет прослужил здесь. Кроме обязанностей священнослужителя отец Петр увлекался краеведением, занимался литературным трудом.

В Знаменской церкви Питателевы крестили своих детей, венчались, провожали в последний путь близких. Условия для религиозно-нравственного воспитания детей были исключительно благоприятны. У Ивана Питателева – отца будущего монаха – было четыре сына: Осип, Григорий, Максим, Илия. Благочестие отца, набожность матери, неуклонное следование всем обычаям Церкви Православной, посещение богослужений в храме, пост и молитва – все это оказывало сильное воздействие на души детей. Детские духовные впечатления повлияли на всю последующую жизнь младшего сына, Илии. “Благо тому дитяти, которое, вынеся из церкви возвышенные впечатления, встретит в кругу своей семьи горячее сочувствие и поддержку своим расспросам о виденном и слышанном в храме Божием”, - писал священномученик епископ Пимен (Белоликов).

Особенно сильное влияние на духовный настрой Илии оказало общение со старцем Илией (Чеботаревым). В собственности семьи была заимка по реке Каменке на Малом Актае, недалеко от монастырской пустыни. С этой пустыней оказались связаны важные моменты в жизни будущего преподобномученика. Здесь он познакомился со знаменитым подвижником, здесь же был арестован красноармейцами и мученически убит.

Мало-Актайская пустынь (скит) находилась в 22 верстах от монастыря и города. Скит основан на месте первоначальных подвигов старца схимонаха Илии (Чеботарева). В 1883 году указом Синода Верхотурский мужской монастырь обращался в общежительный. Для установления общежития настоятелем назначили иеромонаха Валаамского монастыря Иова с возведением его в сан архимандрита. В поддержку себе он испросил еще некоторых иноков. Для введения истинного монашеского делания был приглашен схимонах Валаамской обители отец Илия. “Напитанный чтением отеческих писаний, сам деятельно проходивший духовную жизнь под руководством опытных старцев, послушанием и подвигами стяжавший дар духовного рассуждения, он с искусством мог руководить теперь другими по пути, им самим пройденному”. Вскоре старец Илия стал просить благословение у архимандрита Иова на поселение в лесу. На небольшом расстоянии от скита Большой Актай была выстроена келия, где старец Илия и стал проживать в полном одиночестве.

Недалеко от кельи старца была расположена заимка Питателевых. Богомольцы и духовные чада отца Илии могли попасть к старцу только через эту заимку. Маленький Илия имел возможность непосредственно наблюдать подвижническую жизнь старца, слышать рассказы верующих о его прозорливости. Все это сильно повлияло на дальнейшую жизнь отрока. Старшие братья Илии получили образование в церковно-приходской школе при монастыре, женились, имели большие семьи (у брата Григория было 10 детей), занимались предпринимательской деятельностью. Григорий вместе с братом Осипом стали учредителями товарищества, которое положило начало строительству Ново-Лялинского комбината. Они начали строить бумагоделательный завод, но закончить строительство помешала революция. Кроме этого братья занимались торговлей хлебом, имели пекарню, продавали выпечку. В семьях жили по заповедям Божиим, отдавали часть доходов на благоукрашение церквей. Когда в Верхотурье началось строительство Крестовоздвиженского собора, Питателевы сделали пожертвование на строительство. Григорий отдал свои подводы для вывоза грунта под фундамент храма. Помогали, чем могли.

Младший брат Илия избрал для себя “благую часть”. В 1900 г. скончался старец Илия. Незадолго до смерти он, по-видимому, благословил юношу на поступление в монастырь.

Осенью 1912 года Илия поступил в Свято-Николаевский Верхотурский мужской монастырь. “К послушаниям способен” - сказано в послужном списке братии монастыря. О шестилетней жизни Илии в обители, к сожалению, почти ничего не известно. В Отчете настоятеля монастыря архимандрита Ксенофонта (Медведева) за 1918 год описана только его мученическая кончина.

После революции новая рабоче-крестьянская власть начала борьбу против монастыря. Его территория была занята красноармейцами, которые поселились в монастырских зданиях. Монахам предложили перебраться на монастырское подворье “Большой Актай”. Особенно раздражало большевиков то, что в монастыре открыто почивают мощи Святого праведного Симеона Верхотурского. 17 августа 1918 г. (старый стиль) в монастырь прибыл председатель Чрезвычайной следственной комиссии А. В. Сабуров с отрядом красноармейцев. Он потребовал вскрыть мощи праведного Симеона. Но благодаря самоотверженной защите этой святыни со стороны настоятеля монастыря “дерзкая рука святотатцев-большевиков святых мощей не коснулась, и они не подверглись каким-либо кощунственным действиям”. Осмотр раки был моментальным, по вскрытии покровов большевики приказали снова закрыть святые мощи. Власти постоянно угрожали уничтожить святыню, распространяли клеветнические слухи против праведности святого Симеона.

Кощунственная дерзость комиссара Сабурова, его публичные насмешки над праведником, которого Православная церковь почитает более двух столетий, не остались безнаказанными. 22 августа 1918 г., возвращаясь из мужского монастыря после очередного обыска, Сабуров на глазах многих жителей города внезапно упал с лошади и сломал себе ключицу левой руки. Это очевидное для всех наказание Божие многих привело к страху и благоговению. Сабуров долго и сильно болел от травм, что, в конце концов, привело его к покаянию. Комиссар пригласил к себе на квартиру архимандрита Ксенофонта и с рыданиями умолял о прощении вины, а через два дня сам прибыл в монастырь, молился со слезами, приложился к святым мощам и обещал впредь подобных кощунств не допускать. Вскоре Сабуров выздоровел от ушибов, вновь приступил к своим обязанностям, но с этого времени к святыне обители относился с уважением и даже, где была возможность, покровительственно.

Мощи на некоторое время власти оставили в покое, но братское имущество подверглось почти полному разграблению. Частые обыски проводились в Николаевском храме монастыря.

Ключи от храма забрали большевики, и поэтому могли в любое время беспрепятственно грабить храм. Большевики искали “клад”, спрятанное золото, но, не найдя ценностей, каждый раз захватывали те или иные церковные предметы. 17 августа группа вооруженных подвыпивших красноармейцев ворвалась в Преображенский храм. Безбожники прошли в алтарь и бесцеремонно приступили к обыску. Держа себя крайне вызывающе, они стали искать клад под Святым Престолом. Красные сдвинули Престол с места, богослужебные предметы разбросали по алтарю, а наиболее с их точки зрения ценные вещи похитили. После такого нашествия в этом храме совершать богослужения стало невозможно. За 3 месяца правления большевиков были изъяты и все продовольственные запасы монастыря: хлеб, крупы, елей, вино. Насельники монастыря остались без теплой одежды и в полном смысле без куска хлеба.

Монашествующие и послушники постоянно подвергались опасности и нравственно страдали от частых обысков, произвола, грабежа и в особенности от кощунств. Но, несмотря на такие внешние условия, духовная жизнь в обители укрепилась. Насельники монастыря усиленно, напряженно, со слезами молились, искренне надеясь только на помощь Божию и заступничество небесных покровителей обители – святителя и чудотворца Николая и святого праведного Симеона. Каждый стремился к очищению своей совести искренним покаянием и частым приобщением Святых Христовых Таин. Как свидетельствует сам архимандрит Ксенофонт, гонения и притеснения большевиков “подняли дух иночествующей братии, и они с обновленною силою стремятся, добрым подвигом подвизаясь, достичь Царствия Божиего и правды Его”.

Возможно, именно в эти скорбные дни или незадолго до них, Илия Питателев принял монашеский постриг с именем Иоакинф. В октябре 1918 г. в город Верхотурье вошли войска адмирала Колчака. Монастырь встретил их колокольным звоном как освободителей. Штаб 16-го Ишимского стрелкового полка во главе с полковником Н. Н. Казагранди расположился в игуменском корпусе. Красные войска ушли в леса по реке Актай, остановились недалеко от Мало-Актайского скита, около которого проходила дорога, соединяющая Богословский тракт с Кушвинским, ставшая линией фронта.

Настоятель благословил монахов Каллиста (Опарина) и Иоакинфа переселиться в Мало-Актайский скит и по возможности охранять его от разграбления. Иоакинфа выбрали не случайно. Эти места ему были хорошо знакомы с детства.

Старшим в пустыни в это время был иеромонах Игнатий – будущий старец, исповедник, причисленный к лику святых в сонме новомучеников и исповедников Российских в 2000 г. Этот скит был основан через 11 лет после кончины приснопамятного схимонаха Илии (Чеботарева) последователями старца Евдокимом Плонкиным и иеромонахом Дамианом (Лисицыным). Указом Екатеринбургской духовной консистории от 14 февраля 1911 г. он был приписан к Верхотурскому Николаевскому монастырю. На месте молитвенного дома бывших пустынножителей возвели деревянный однопрестольный храм в честь Казанской иконы Божией Матери. Кроме храма в скиту было три жилых деревянных дома, хозяйственные постройки.

Окрестные поселки были уже разграблены доблестной Красной армией, поэтому насельники пустыни ожидали той же участи. Чтобы не допустить святотатства, иеромонах Игнатий и монах Аарон повезли некоторые богослужебные предметы, запасные Святые Дары, Святой антиминс в монастырь. После их отъезда в скиту появились красноармейцы, произвели тщательный обыск, взломали пол на амвоне, разыскивая будто бы спрятанные ценности. Искали клад и в алтаре, разбросав при этом оставшиеся Богослужебные предметы по полу. Разозленные неудачными поисками бандиты обвинили монахов Иоакинфа и Каллиста в разведывательной деятельности и арестовали. Арестованных повели лесными путями до линии фронта, потом по железной дороге довезли до станции Карелино.

По словам очевидцев, ехавших в одном вагоне с монахами, безбожники предлагали Иоакинфу и Каллисту отречься от Христа и этим сохранить себе жизнь. Отречься от Спасителя монахов хотели заставить публично. Преподобномученики категорически отвергли это дьявольское предложение и тут же были убиты выстрелами из револьвера. Монах Каллист был ранен и добит ударами в шею. Это произошло 17/30 октября 1918 года. Тела убитых бросили в болото недалеко от места расстрела.

После освобождения окрестностей Верхотурья от красных была найдена могила убиенных. Из замерзшего болота тела мучеников с трудом удалось достать. 10 ноября их перевезли в монастырь, а 12 ноября преподобномученики Каллист и Иоакинф по чиноположению Православной церкви были погребены на монастырском кладбище при церкви Св. Неофита.

12/25 ноября архимандрит Ксенофонт (Медведев) совершил отпевание иноков, которые были захоронены на братском кладбище рядом с церковью во имя св. Неофита (в 30-х годах XX в. этот храм был уничтожен).

Храм во имя мученика Неофита был единственный из шести храмов обители, не разграбленный большевиками. С северной стороны храма находилась могила почитаемого Иоакинфом старца Илии (Чеботарева). Иоакинф жил рядом со старцем, подвизался на месте молитвенных подвигов подвижника и погребен рядом со своим духовным наставником.

На погребении мучеников присутствовали многие жители города, которые были потрясены жестокостью убийства. Женщины плакали. “Как можно убить монахов”? – недоумевали верующие. Но “может ли что-нибудь быть превосходнее и возвышеннее – как среди стольких пыток палачей с непоколебимой преданностью сохранить всю силу веры? Может ли что-нибудь быть величественнее и прекраснее – как, находясь под мечами мучителей, немолчно исповедать Господа, виновника своей свободы и спасения?” – писал Св. Киприан, епископ Карфагенский. “Те, которые удостоились этой почести (мученичества), совершенно освободились от отвратительной бездны мира, - они победили условие насильственной смерти”.

Определением Священного Синода от 17 июля 2002 года имя Иакинфа (Питателева) включено в Собор новомучеников и исповедников Российских.

Место погребения – братское кладбище Верхотурского Свято-Николаевского монастыря (мощи пока не обретены).

прав. Ла́зарь Четверодневный, Кити́йский, друг Божий

Св. праведный Лазарь, друг Христов, жил в Вифании с сёстрами Марфой и Марией. Господь Иисус Христос воскресил его из мёртвых на четвертый день после погребения, что стало величайшим чудом. Из-за этого иудейские первосвященники хотели убить Лазаря. После Воскресения Христова Лазарь уплыл на Кипр, где стал первым епископом Китии. Скончался он через 30 лет после своего воскрешения. Его мощи были обретены на Кипре, а в 898 году перенесены императором Львом Мудрым в Константинополь.

Житие Свернуть →

Был родом из Вифании близ Иерусалима, брат Марии и Марфы. Во время Своей жизни Господь любил их и часто посещал их дом в Вифании, называя Лазаря Своим другом (Ин.11:3,5,11).

После преждевременной смерти Лазаря, пролив слезы над его гробом, Господь, как Всесильный, воскресил его из мертвых, когда Лазарь уже четыре дня лежал во гробе и уже смердел (Ин.11:17-45). Это чудо воспоминается Церковью в шестую субботу Великого поста (Лазарева суббота).

После своего воскрешения святой Лазарь удалился на остров Кипр, так как первосвященники положили убить его (Ин.12:9-11), где впоследствии был поставлен епископом.

По преданию, Лазарь, будучи епископом, удостоился посещения Божией Матери и получил от Нее омофор, сделанный Ее руками. После чудесного воскресения святой Лазарь жил еще 30 лет, сохраняя строгое воздержание, и скончался на острове Кипре.

Паломникам, посещающим Святую Землю, показывают две гробницы праведника: одну в Вифании в Иерусалиме, а другую в городе Китим на острове Кипре. Не доезжая до Святого Града около двух с половиной верст, паломники посещают Вифанию, расположенную на восточной стороне одного предхолмия Елеонской горы. А немного северо-восточнее и ниже указывают гробницу Лазаря, почитаемую также и магометанами. Небольшой вход, пробитый в скале, ведет в узкую глубокую пещеру. Спустившись по 25 ступеням, паломники встречают небольшую площадку с каменным столом в углу, служащим престолом в дни богослужений в Лазареву субботу. Площадка считается местом воззвания Господа: «Лазаре, гряди вон!» Еще пять ступеней вниз – и погребальная пещера. Здесь обыкновенно прочитывают Евангелие от Иоанна о воскресении Лазаря (Ин.11:1-7,11-45) и тропари Вербной недели. Сначала Господь был встречен Марфой, потом Марией, когда Он шел ко гробу возбудить друга Лазаря, – тут расположен большой округленный «камень беседы», от которого многие получают исцеления.

А на острове Кипре существует вторая гробница праведного Лазаря. В 90 км от города Лимассола, по дороге, лежащей между сопок, паломники прибывают в город Ларнаки, где находится храм, посвященный Лазарю, там он служил. Храм стоит на месте первоначальной церкви IX–Х вв., построенной над могилой Лазаря. Настоящее здание храма XVII в. сделано из камня, размер его 35х17 м, имеются две двери (с севера и запада), трехъярусная колокольня, обширный двор, музей. Храм четырехстолпный, если два столпа считать и в алтаре, то шестистолпный, все покрыто мрамором. Имеются три боковых придела. По центру – большая люстра: 5 ярусов свечей снизу и три яруса сверху, и две люстры по бокам. Слева от алтаря находится чудотворная икона Богоматери, а справа у алтаря пещера – гробница праведного Лазаря. Сзади храма на высоте расположены хоры. Вход в пещеру идет по семи ступеням под алтарь храма. Размер пещеры 6х12 м. Мощи праведного Лазаря находятся посередине: глава и половина его костей. А вторая половина мощей была в Константинополе, крестоносцы в 1291 г. унесли их во Францию, в Марсель. Справа находится иконостас, в котором иконы расположены в три ряда, и имеются украшения в два ряда между иконами. Поперек пещеры стоит гробница с надписью: «Лазарь – друг Божий». Рака – как стол, как бы ванна большая, каменная – 1,3х0,8х0,7 м. Храм – с колокольней, по длине храма проходит галерея 2,5-3 м высоты, как коридор по поверхности двора, есть боковые двери: северные и южные, с запада – большие входные. И имеются две кафедры боковые для проповедников. Это место также почитается всеми православными христианами как великая святыня, как доказательство несомненной милости, любви и всемогущества Божия. Воскресение Лазаря явило власть и могущество над смертью.

сщмч. Неофи́т Любимов

Сщмч. Неофит Любимов (1846–1918) был образованным пастырем, выпускником Киевской Духовной академии. Более 30 лет служил священником, совмещая это с преподаванием в учебных заведениях Симбирска. Прославился как ревностный проповедник и миссионер, издававший труды против сектантства. В 1918 году открыто отслужил панихиду по убиенному императору Николаю II, за что был арестован. Обвинен в контрреволюционной агитации и приговорен к расстрелу. Казнен 17/30 октября 1918 года и погребен в безвестной могиле на Калитниковском кладбище в Москве.

Житие Свернуть →

Священномученик Неофит (Неофит Порфирьевич Любимов) родился в 1846 году в селе Таборы Самарского уезда Самарской губернии. Высшее образование получил в Киевской Духовной академии, окончив ее кандидатом богословия. С 1876 по 1882 год был преподавателем русского языка и гражданской истории в Симбирском епархиальном женском училище, с 1885 года – законоучителем и инспектором классов того же училища. Преподавал также в Мариинской женской гимназии Симбирска и Симбирском кадетском корпусе.

В 1885 году Неофит Порфирьевич был рукоположен во священника к церкви Введения во храм Пресвятой Богородицы епархиального училища. До нас дошло восемь Слов, произнесенных во Введенском храме в дни престольных праздников. В одном из них отец Неофит говорил, обращаясь к своей молодой пастве: «И вы, боголюбивые чада, по примеру Пресвятой Девы, Которая, пребывая под кровом храма Божия, воспитывала Свое сердце в духе веры и святости, должны, находясь также под сению дома Господня, возрастать духовно-нравственно, восходить от силы в силу, основывая свое просвещение и нравственное совершенствование на истинах спасительной веры. По учению святых апостолов, лучшее украшение жены-христианки – ее сокровенное сердце, в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, и чистое богобоязненное житие, в вере и любви и в святости с целомудрием, что драгоценно перед Богом и прилично женам, посвящающим себя благочестию (1Тим.2:9-12,15). Силою и влиянием благовоспитанного сердца просвещенной жены-христианки достигается тот идеал нравственного совершенства, который делает семейную и общественную жизнь источником полной радости и утешения, создает истинное благо и счастье, воспитывает добрых сынов святой Церкви и доблестных слуг престола и отечества».

Сам отец Неофит, будучи ревностным и взыскательным духовным наставником и даровитым педагогом, стремился воспитать благоговейных и верных чад святой Церкви. Напутствуя воспитанниц на выпускном акте в Симбирском епархиальном училище 15 июня 1898 года, он произнес слово пастырского назидания: «Как отец, пекущийся о чадах своих, при вступлении их на самостоятельный жизненный путь, благословляя их именем Божиим, молится о том, чтобы Господь сподобил их в жизни земной всего доброго, хорошего, прекрасного, даровал бы им счастье и благополучие, так и я, бывший ваш нравственный и религиозный руководитель в школе, направлявший все ваши деяния и мысли ко благу и благополучию временному и вечному... от искреннего сердца, как ваш родной отец, прошу и молю Господа – да подаст Он вам на новом поприще вашей жизни все те высшие блага, какие предназначены Им для Его чад, живущих на земле».

Свою педагогическую деятельность отец Неофит строил на той православно-просветительской традиции, которая берет начало в святоотеческом опыте. Вслед за великими церковными наставниками отец Неофит говорил о неотделимости образования от воспитания. Знания «являются неполными и слабыми, мертвыми и безжизненными, мрачными и безотрадными, а иногда вредными и гибельными, если не утверждаются и не восполняются словом Божиим, не оживляются Духом Премудрости и Разума, не озаряются светом веры Христовой и не управляются истинною любовью христианской». Отец Неофит настойчиво указывал матерям, что Господь возложил на них сугубую ответственность – воспитывать добрую нравственность своих чад.

В Словах и поучениях отца Неофита содержатся также особые назидания воспитанницам епархиального женского училища, многим из которых предстояло стать женами священнослужителей: «Старайтесь вы, чада, поддерживать благодетельные обычаи нашей древней святой Руси в просвещении народа, создайте в своей школе и дома тихий рай, где все дышало бы верою и любовию, где ваши питомцы из людей темных и неверующих делались бы просвещенными христианами, из существ природы – сынами и дщерями Божиими...»

Тридцать три года жизни протоиерей Неофит посвятил трудам священническим. Это служение он проходил с сознанием великой ответственности, возложенной на него Богом. Вступая в должность приходского священника, он сказал: «Священник должен неленостно возвещать людям всю волю Божию, проповедовать слово Божие великим и малым, образованным и необразованным, богатым и бедным; должен усердно и благоговейно совершать службу Божию, преподавать в чистоте духа и тела священные таинства верующим, исполнять молитвословия и в храме, и в домах прихожан вразумительно, неспешно и нерассеянно, вообще быть достойным орудием и проводником благодати Божией в души верных; как пастырь стада Христова, он должен быть советником и руководителем пасомых на пути к вечному спасению: неверующего научить, согрешившего вразумить, заблудшего направить, печального утешить, ожесточенного умилить; ему подобает быть всегда на страже, чтобы не унизить чем-нибудь своего звания».

Нет сомнений, что отец Неофит всеми данными ему свыше силами стремился приблизиться к этому высокому идеалу православного священника. Он призывает пасомых быть в послушании у пастыря и взыскательно относиться к своему наставнику: «Не требуйте от меня уклонения от прямого долга, не желайте человекоугодничества, чтобы чрез это мне заслужить ваше расположение... Что до меня, буду служить спасению вашему не щадя ни сил, ни здоровья, ни спокойствия, верой и правдой, со всею ревностью».

В 1893-1895 годах, оставаясь в должности инспектора классов женского училища, он преподавал гомилетику в Симбирской Духовной семинарии. 14 апреля 1899 года отец Неофит был назначен преподавателем греческого языка в Симбирском Духовном училище и уволен с должности инспектора классов в епархиальном женском училище. В начале 1900-х годов отец Неофит проходил пастырско-приходское служение в церкви Всех святых города Симбирска.

В 1902 (или 1903) году он был назначен настоятелем церкви Воскресения Словущего на Ваганьковском кладбище в Москве. В Москве он принимает активное участие в образовательных чтениях для фабрично-заводских рабочих, читает лекции для рабочих в Московском епархиальном доме.

В 1906 году отец Неофит был возведен в сан протоиерея. Ревностный проповедник и защитник православия, он основал собственное миссионерское издательство, в котором публиковались работы архиепископа Антония (Храповицкого) против пашковцев, Н.Ю. Варжанского – против различного вида сектантства, работы самого протоиерея Неофита. В 1914 году вторым, дополненным изданием вышли проповеднические труды протоиерея Неофита. Основанием к переизданию стали высокие отзывы православных людей о его проповедях.

Н. Раевский писал: «Многие “Слова” представляют недуги современного общества... и указывают средства для их врачевания. При обстоятельной полноте содержания они излагаются живою современною и вполне изящною речью». В другой рецензии отмечалось: «В “Словах” и речах отца Любимова надо отметить удивительный тон автора, его ясную, точную, всегда весьма рассудительно проводимую и отчетливо передаваемую раздельность мысли, логичность суждения и вместе с тем глубоко проникающую все содержание бесед и учений церковность. Спокойно, шаг за шагом, довод за доводом автор составляет из своих сжато высказанных, но всегда полно предмет исчерпывающих мыслей одну красивую и стильную, целесообразную речь».

Протоиерей Неофит православно-церковные убеждения соединял с патриотической настроенностью и твердыми воззрениями на благодетельную силу царской власти. В годы открытого и дерзкого выступления против законной самодержавной власти со стороны революционеров и либералов протоиерей Неофит издал специальный труд о духовной природе царской власти и об обязанности православных людей хранить и укреплять ее. «Власть царя, установленная Самим Богом, есть власть самодержавная и единодержавная... На превосходство ее перед другими формами власти указывается в Священном Писании. Где бы ни говорилось в нем о власти, везде на первом плане стоит: Царь – как истинный законодатель, охранитель закона, судия за его нарушения, независимый самодержавный управитель». Власть царя освящена: «Дух Святый через таинство миропомазания сугубо подается и Государям нашим (как он был подан святому Давиду), почивает на них, и получают они незримую благодать, умудряющую и укрепляющую их на предлежащий подвиг царского служения». Отец Неофит открыто и ясно предостерегал: если прекратится царская власть, начнется непрекращающаяся череда бедствий. «Неужели они – эти разорители закона и служители дикой зверской страсти – могут быть хорошими господами и властителями. Путь насилия, жестокости, крови, каким идут они, явно показывает, чем они стали бы, если очутились в положении полновластных распорядителей народным имуществом и народными силами».

Последним местом служения протоирея Неофита стала церковь святителя Спиридона на Козьем болоте, настоятелем которой он был несколько лет.

В мае 1918 года был арестован зять протоиерея Неофита – православный миссионер Николай Юрьевич Варжанский. 13 июня отец Неофит написал письмо Ленину с просьбой освободить Николая Варжанского: «В скорбные дни моей личной жизни имею смелость обратиться к Вам с покорнейшей просьбой. О своей личности имею долг сообщить следующее. Я служил в Симбирске вместе с Вашим родителем. Он был директором народных школ, а я преподавателем Мариинской женской гимназии, Кадетского корпуса и Духовной семинарии. Родитель Ваш мне хорошо известен и знаком, я с ним весьма нередко встречался в частных домах и на собраниях, где обсуждались дела педагогические. Скончался он при мне, я был молитвенником тогда, да и теперь молюсь за него... Во дни своей настоящей невзгоды я осмеливаюсь обратиться к Вам... с покорнейшей просьбой: мой сын (зять) Николай Юрьевич Варжанский совершенно случайно попал под арест: вошел в квартиру протоирея Восторгова, где в это время производился обыск, и вместе с другими был арестован и отправлен сначала в следственное предварительное заключение, а потом переправили его в Бутырскую тюрьму. И в газетах было написано, и словесно слышал от лиц, заслуживающих доверия, что за Варжанским вины, за которую следовало бы посадить в тюрьму, не найдено. Невзгоды были в семье Вашего дорогого родителя, они касались и Вас, и Вы были дороги для своих родителей. Тяжело и мне переносить невзгоду моей дочери и своего сына (зятя). Покорнейше прошу принять участие в моем горе: благоволите отпустить моего зятя от всяких преследований и от тюрьмы или же отдать его мне на поруки. Он человек благонамеренный, советское правительство признает и подчиняется ему, каких-либо контрреволюционных выступлений нигде никогда не имел, он проповедник слова Божия – миссионер и только. Прошу Вас... ради памяти Вашего родителя, моих заслуг по отношению к Вашей родной сестре Марии Ильиничне в деле образования и воспитания помочь мне в моем горе: освободить Варжанского из тюрьмы и возвратить его в семью...» Ответа на это письмо не последовало.

21 июля 1918 года протоиерей Неофит, по предложению Александра Дмитриевича Самарина, отслужил в храме панихиду по «убиенном новопреставленном бывшем царе Николае». Вечером того же дня сотрудники ВЧК арестовали священника. Протоиерей Неофит был обвинен в «агитации против советской власти», в том, что «служил панихиду по “помазаннике Божием” Николае Романове». 17 октября 1918 года Президиум Коллегии отдела по борьбе с контрреволюцией из трех человек приговорил протоиерея Неофита к расстрелу, – и он был расстрелян. Тело его погребено на Калитниковском кладбище в могиле, ставшей ныне безвестной.

Составитель священник Афанасий Гумеров

«Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Сентябрь-Октябрь». Тверь, 2003 год, стр. 165-172.

Библиография

ЦА ФСБ РФ. Арх. № Н580.

Отчет о состоянии Симбирского епархиального женского училища в учебно-воспитательном отношении за 1893-94 учебный год. Симбирские епархиальные ведомости. 1895, № 1-2.

Любимов Н., священник. Слова и речи. М., 1903.

Любимов Н., священник. О необходимости заниматься воспитанием детей самим матерям. Симбирск, 1894.

Симбирские епархиальные ведомости. 1901, № 24.

Варжанский Н. Против пьянства телесного и духовного (о «Братцах» и «Беседчиках»). М., 1909.

Вера и Церковь. 1904, № 10.

Источник: fond.ru

прмч. Ка́ллист (Опарин)

Прмч. Каллист (Опарин) родился в 1864 году. В 1899 году поступил в Верхотурский Николаевский монастырь, где принял монашеский постриг. После революции, в октябре 1918 года, он вместе с монахом Иакинфом (Питателевым) был оставлен для охраны Мало-Актайского скита от грабежа. Арестованные красноармейцами, монахи были обвинены в шпионаже. Им предложили отречься от Христа в обмен на жизнь, но они отказались. 30 октября 1918 года монахи были расстреляны и позже погребены на монастырском кладбище.

Житие Свернуть →

Преподобномученик Каллист (в миру Козьма Мокеевич Опарин) родился в 1864 г. в семье крестьянина, получил домашнее воспитание. Весной 1899 г., будучи холостым, поступил “из запасных воинских чинов” в Свято-Николаевский Верхотурский монастырь. Здесь, 13 февраля 1904 г. он принял постриг с именем Каллист в честь мученика Каллиста Амморейского. Через шесть месяцев был переведен в Далматовский Успенский монастырь, где нес послушание келиарха и печника. В 1906-1907 гг. монах Каллист совершил паломничество по святым местам. Летом 1912 г. его перевели в Кыртомский Крестовоздвиженский монастырь, где он нес послушание печника. В 1913 г. Каллист возвращается в Верхотурский монастырь, в котором подвизается до своей мученической кончины.

Революционные нестроения Каллист встретил в Свято-Николаевской обители. Захватившие монастырь большевики выселили насельников из братских корпусов и предложили им перебраться в Больше-Актайский скит. Оставшиеся перешли в распоряжение Советской власти. Послушники и монашествующие стали считаться мобилизованными новой властью и поступили в распоряжение командира 4-го Екатеринбургского полка. Им пришлось работать на этот полк, квартировавшийся в монастыре. На своих постах братствующие вынуждены были работать на тех же условиях, что и красноармейцы: пищевое довольствие получали от полка, имели солдатскую одежду, которую надевать отказывались, т.к. им благословлено было работать в подрясниках. Иноки, работавшие на полк, принимали это как послушание монастырское, поэтому трудились не за страх, а за совесть. Красноармейское начальство вынуждено было признать, что послушники и монахи трудятся лучше, чем бойцы Красной армии. Заставляли монахов рыть окопы вблизи линии фронта, выполнять различные земляные работы. Каллист проявлял смирение и послушание монастырскому начальству, старался терпеть большевистское нашествие на обитель без ропота, признавая во всем происходящем волю Божию.

В октябре 1918 г. Каллиста вместе с монахом Иакинфом благословили охранять монастырский Мало-Актайский скит от грабежа красноармейцев, которые, отступая от Верхотурья, остановились в окрестностях скита. Когда в скит пришли солдаты, то обвинили монахов в разведывательной деятельности и арестовали. Безбожники предлагали Каллисту и Иакинфу отречься от Христа и этим сохранить себе жизнь. Монахи отказались приобрести себе свободу путем отречения от Спасителя, веруя в непреложность слов Господа нашего Иисуса Христа: “Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее” (Мк.8,35).

Это были первые жертвы за веру в городе Верхотурье. Каллиста похоронили вместе с Иакинфом (Питателевым) на монастырском кладбище около церкви святого Неофита.

Источник: orthodox.etel.ru

Иное жизнеописание преподобномученика Каллиста (Опарина)

Преподобномученик Каллист (в миру - Косма Мокиевич Опарин), родился в 1864 г. (по другим данным, в 1863 г.) в Тарниковской волости Нолинского уезда Вятской губернии в семье крестьянина.

Весной 1899 г. в возрасте около 35 лет Косма поступил послушником в Свято-Николаевский Верхотурский монастырь. Первыми его послушаниями были обязанности печника и штукатура. 13 февраля (стар. стиля) 1904 года послушник Косма принял иноческий постриг с именем Каллист. Через шесть месяцев он был переведен в Далматовский Успенский монастырь. В Далматове о. Каллист выполнял послушания «келлиарха» (т.е. – смотрителя за монашеским распорядком, благочестием и чистотой в кельях братии) и печника.

В 1906-1907 гг. он, с благословения и.о. настоятеля Далматовской обители иеромонаха Максимилиана, совершил девятимесячное паломничество по святым местам. Через 5 лет после этого, летом 1912 г., о. Каллист перешел на жительство в Кыртомский Крестовоздвиженский монастырь, а после 1913 г. вернулся в родную Верхотурскую обитель.

В первый год Гражданской войны – в октябре 1918 г., руководством Свято-Николаевского монастыря было благословлено монахам Каллисту и Иакинфу охранять Мало-Актайский скит обители от возможного разграбления красноармейцами, которые, отступая из Верхотурья, остановились в его окрестностях. Как оказалось, опасения грабежа были не напрасны. Красноармейцы ворвались в Мало-Актайский скит с целью поисков сокровищ – т.к. имели информацию, что на территории скита зарыты деньги и драгоценности Верхотурской обители. Монахи Каллист и Иакинф были арестованы. Как потом выяснилось, их расстреляли в окрестностях ст. Корелино на четвертый день после захвата скита, т.е. – 16 или 17 октября (стар. стиля). По словам очевидцев, солдаты предлагали отцам Каллисту и Иакинфу во избежание смерти отречься от Христа, на что получили категорический отказ. Иноков расстреляли из револьверов, притом, о. Каллиста по всей видимости, кололи еще и штыком (об этом свидетельствовала глубокая поперечная штыковая рана на его шее). Тела мучеников красноармейцы забросали землей. После отступления красных войск от Верхотурья тела убиенных были найдены и перевезены в Свято-Николаевский монастырь. 12/25 ноября архимандрит Ксенофонт (Медведев) возглавил торжественное отпевание мучеников, которые были похоронены на братском кладбище рядом с церковью во имя св. Неофита (монастырская кладбищенская церковь разрушена в 30-х гг. XX в.).

Преподобномученик Каллист прославлен в Соборе новомучеников и исповедников Российских в 2002 г. от Екатеринбургской епархии.

Место погребения – братское кладбище Верхотурского Свято-Николаевского монастыря (мощи пока не обретены).

прмч. Андре́й Критский

Прмч. Андрей Критский жил в VIII веке при императоре-иконоборце Константине Копрониме. Он публично обличил правителя в гонениях на веру, утверждая, что почитание иконы есть почитание Самого Христа. За это святой был схвачен и подвергнут жестоким истязаниям. Скончался по пути к месту казни.

Житие Свернуть →

(не путать со святителем Андреем Критским)

Преподобномученик Андрей Критский жил во время царствования императора-иконоборца Константина Копронима (741–775), который под страхом смерти приказал христианам убрать святые иконы из храмов и домов. Верующие, которые безбоязненно сопротивлялись нечестивому иконоборцу и твердо держались предания святых отцов, были заключены в темницы. Когда преподобный Андрей услышал, что император сажает в тюрьмы и мучает не воров и разбойников, а добродетельных и благочестивых христиан, то пришел в Константинополь и всенародно в храме святого мученика Маманта обличил еретика в гонении на истинную веру. В оправдание император сказал, что безумно воздавать честь дереву и краскам. На это преподобный ответил, что тот, кто страдает за святые иконы, страдает за Христа, а кто оскорбляет икону, на которой изображен Христос, оскорбляет Самого Христа. Разъяренный иконоборец приказал немилосердно истязать святого Андрея. По пути к месту казни мученик отошел ко Господу. Через сто лет святому был написан канон преподобным Иосифом песнописцем. По молитвам преподобномученика Андрея исцеляются одержимые.

сщмч. Алекса́ндр (Щукин), Семипалатинский

Сщмч. Александр (Щукин), архиепископ Семипалатинский, родился в 1891 году в Риге. Окончил Московскую Духовную академию, принял монашеский постриг. В 1923 году хиротонисан во епископа Лысковского, викария Нижегородской епархии. Был арестован в 1929 году за проповедническую деятельность и осужден на три года Соловецкого лагеря. После освобождения служил в Орле и Семипалатинске. В августе 1937 года вновь арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности. Приговорен к расстрелу тройкой НКВД и расстрелян 30 октября 1937 года.

Житие Свернуть →

Архиепископ Александр Щукин родился в 1891 году в Риге в семье священника о. Иоанна Щукина и рабы Божией Елизаветы. Дед его – Василий Щукин – служил диаконом в Риге, отец окончил Московскую Духовную академию, был рукоположен во священника и преподавал Закон Божий в Рижской семинарии, епархиальном училище и гимназиях; кроме того, на него была возложена обязанность преподавания латинского и греческого языков.

У о. Иоанна и Елизаветы было семеро детей. Дочь о. Иоанна вспоминала, что отец любил детей, но не баловал их и не потакал их слабостям, опасаясь, что иначе из них вырастут плохие христиане. Но он и не понуждал их насильно к исполнению молитвенных правил, хотя сам все свое свободное время отдавал молитве. Также и жена его Елизавета, если выдавалось свободное время, спешила в храм. Дети о. Иоанна с удовольствием играли, лишь один Александр не принимал в играх участия. Он рос тихим, скромным, послушным и никогда не преступал воли родителей. Пока братья и сестры играли, он запирался в комнате отца и молился. Когда братья начинали шуметь, он выходил и останавливал их:

– Так нельзя, потише, пожалуйста.

Он не был от природы угрюмого нрава, но сердце его было расположено подражать древним подвижникам, для которых смех был выражением дерзости и греховной нечистоты. Он хотел быть священником.

Александр учился в Московской Духовной академии, которую окончил в 1915 году.

С началом первой мировой войны о. Иоанн переехал вместе с семьей в Нижний Новгород, куда к нему после окончания академии приехал сын Александр и поступил преподавателем в Нижегородскую семинарию.

Наступил 1917 год, для Православной Церкви пришел час испытаний. Как испытываемое огнем злато, Церковь выковывалась в огне мирской злобы и мятежей.

Александр стал просить отца благословить его на монашеский подвиг. Отец Иоанн сомневался, выдержит ли Александр крест иночества в такое мятежное время, когда все церковное попирается и уничтожается. Помолившись, отец благословил его ехать в Троице-Сергиеву Лавру. Постриг он принял с именем преподобного Александра Свирского.

В 1918 году Нижегородские власти арестовали о. Иоанна. Полгода пробыл он в заключении, заболел, был отпущен и пришел домой едва живым. После освобождения о. Иоанн стал служить в селе Лысково, и вскоре к нему приехал его сын.

Некоторое время отец и сын служили вместе, пока в 1923 году иеромонах Александр не был вызван в Москву для принятия архиерейского сана. 23 августа 1923 года он был хиротонисан во епископа Лысковского, викария Нижегородской епархии.

Во время его отсутствия о. Иоанн тяжело заболел воспалением легких. Зная, что умирает, он ждал сына, чтобы тот напутствовал его перед смертью.

И как прежде, так и теперь, владыка Александр спешил исполнить пожелание отца. Владыка прибыл накануне его смерти. Отец Иоанн был в сознании, и владыка долго беседовал с ним, а затем напутствовал его Святыми Тайнами.

Первой службой вступившего на кафедру епископа была заупокойная всенощная и литургия по новопреставленному отцу. Похоронили о. Иоанна рядом с храмом, где он служил.

Не напрасно Александр был облечен саном. Он был прекрасным проповедником и добрым наставником. Сам более всего почитавший монашеское житие, многоскорбно собирая в душу тепло благодати, он в этом духе наставлял и своих духовных чад. Некоторых он посылал в Дивеево, а затем, если они выказывали расположение к иноческой жизни, давал на то свое благословение. Служил он в Макарьевском монастыре. Часто ездил помолиться в монастырь Старые Мары, где была чтимая икона Троеручицы. В Лыскове его посещал епископ Варнава, принявший к тому времени подвиг юродства.

В Макарьеве владыка Александр организовал преподавание Закона Божия детям десяти-тринадцати лет. Продолжалось это около года, а затем было запрещено властями.

В сентябре 1927 года на шестьдесят втором году жизни тяжело заболела мать святителя. Владыка ухаживал за ней и присутствовал при ее кончине. Перед смертью она сказала:

– У меня открылись глаза, и я ясно вижу небо. Как там светло...

В 1929 году, в день памяти Архистратига Божия Михаила, власти арестовали епископа Александра и отправили в нижегородскую тюрьму, где собрано было тогда почти все нижегородское духовенство.

На допросе у следователя епископ Александр отвечал:

– Проповеди я говорю каждое воскресенье на темы Священного Писания... и иногда в защиту религиозных истин, оспариваемых современниками. Произнесение проповедей и выступление в защиту истины вызывалось стремлением найти истину в вопросах, соприкасающихся с религией, в которых я предоставлял доказательства учения православно-христианского по этим вопросам... Иногда выступал в проповедях против безбожия.

(Беседуя о современном безбожии, епископ говорил, что разрушать монастыри и храмы могут лишь люди, лишенные человечности, не верующие в вечную жизнь, да и в земной жизни мало что предполагающие построить).

Ответы епископа вызвали, по-видимому, недоумение у следователя, и на следующий день владыка написал пояснение: «Вопросами, оспариваемыми современниками, я назвал в своих показаниях вопросы христианской апологетики, а именно: о конечности мира, происхождении человека через творение его Богом, об исторической действительности христианства, о бессмертии души. А вопросами, соприкасающимися с религией, я назвал научные теории, касающиеся перечисленных выше истин религии. Целью, с которой я говорил такие проповеди, было найти истину в научных теориях и доказать пасомым правильность православно-христианского вероучения в этих вопросах. Вопросов политической, общественной и социальной жизни я в своих проповедях не касаюсь».

В тюрьме ему обещали свободу, если он перестанет говорить проповеди.

Он не согласился.

– Я поставлен проповедовать и не могу отказаться, – сказал архиерей. Следователи били его и пугали, на все святитель отвечал спокойно и кротко:

– Тело мое в вашей власти, и вы можете делать с ним, что хотите, но душу свою я вам не отдам.

Он был помещен в камеру к священникам. Истинный молитвенник и подвижник, он и здесь подолгу молился, понуждая к истовой и неленивой молитве и всех насельников камеры, многие из которых, попав в тесные обстоятельства тюрьмы ГПУ, начали уже унывать.

После ареста епископа его сестра Елизавета ездила в Москву к прокурору Вышинскому – хлопотать о брате, чтобы его или освободили, или отправили в ссылку за свой счет, так как у него больное сердце.

– Вы не по адресу обратились, – отвечал Вышинский, – вам нужно обращаться в Красный Крест. Что касается заключения, то владыка Александр арестован за проповеди и будет отправлен на три года в Соловки.

11 января 1929 года следствие было закончено. Епископа обвинили в том, что он «как идейный противник Советской власти, путем произнесения проповедей с антисоветским уклоном, прививал свои контрреволюционные убеждения населению и в единоличных беседах вел откровенную антисоветскую пропаганду на темы «о бесчинстве коммунистов-безбожников...» Имея преданных ему монахов и монахинь... Давал им указания, как бороться с безбожниками... рассылал их по селам и деревням как миссионеров, не останавливаясь перед открытой борьбой с культурными учреждениями государства[1]... Руководствуясь положением об органах ОГПУ в части административных высылок и заключения в концлагерь, утвержденного ВЦИКом от 28/1 II-24 года и объявленного в приказе ОГПУ за № 172 от 2/IV-24 года... дело... передать в Особое Совещание... для вынесения приговора во внесудебном порядке...» 26 апреля 1929 года Особое Совещание приговорило епископа к трем годам заключения в концлагерь, которое он должен был отбывать в соответствии с приказом по ОГПУ относительно мест содержания духовенства – на Соловках.

В Соловецком лагере епископ работал сначала сторожем, а затем бухгалтером.

Когда закончился срок заключения, власти в Нижегородскую епархию его не пустили, и он получил назначение в Орел, куда прибыл в день памяти Архистратига Божия Михаила. В Орле он был возведен в сан архиепископа.

Церковь тогда подвергалась беспощадным гонениям, православных арестовывали и расстреливали. Посещать храмы становилось опасным, это рассматривалось как государственное преступление. Страх быть арестованным охватывал все больше людей. Церкви пустели. Владыка стал проповедовать, и храмы начали заполняться народом.

Видя оживление религиозной жизни в городе, чекисты стали подыскивать обвинение против архиепископа. Однажды под вечер к нему пришел человек и сказал, что власти решили обвинить архиепископа в поджогах в городе. Уже есть лжесвидетели, все обвинение готово. Если он в эту ночь не уедет, то будет арестован. Архиепископ уехал в Нижегородскую область и поселился в селе Семеновском, где прожил полгода.

В конце 1936 года владыка получил назначение в Семипалатинск.

Архиерейские кафедры пустели, архиереев одного за другим поглощали тюрьмы.

Сестра Елизавета писала ему в Семипалатинск:

– Уйди на покой, приезжай ко мне в Лысково, пересидишь.

– Как бы я вас ни любил, – отвечал архиепископ, – но я не для того взял посох, чтобы его оставить.

В августе 1937 года архиепископ был арестован. Он в последний раз благословил своих духовных детей, свидетелей ареста. Следствие в те годы было пыточное, и многие ради избавления от страданий давали любые показания. Архиепископ держался мужественно, не соглашаясь и не подписывая ни одно из навязываемых ему обвинений. Его обвиняли в шпионаже и в контрреволюционной агитации – архиепископ решительно все отвергал. Спрашивали о знакомых, он отказался их называть. Показаний не набралось ни на один протокол допроса, а сроки, отпущенные следователям, подходили к концу. В самый день постановления Тройки УНКВД 28 октября 1937 года следователь Барабанщиков провел последний допрос.

– Вы являетесь членом и руководителем церковной контрреволюционной шпионской организации. Дайте показания...

– Членом контрреволюционной организации я никогда не являлся и в этом обвинении виновным себя не признаю,– отвечал архиепископ.

– Вы лжете. Вы давали установки руководителям филиалов контрреволюционной организации в развертывании контрреволюционной работы...

– Никаких установок по развертыванию контрреволюционной работы я не давал.

– Как член контрреволюционной организации вы проводили активную контрреволюционную агитацию среди населения, прекратите запирательство и дайте показания о вашей контрреволюционной деятельности.

– Никакой контрреволюционной агитации я среди населения не проводил и в этом виновным себя не признаю, – спокойно ответил владыка.

Все это следователь вынужден был записать. В тот же день архиепископ был приговорен к расстрелу.

Через два дня, 30 октября 1937 года, архиепископ Александр был расстрелян.

Всем близким, кто интересовался судьбой владыки, власти отвечали, что он сослан на десять лет без права переписки, а через десять лет ответили без уточнения места и времени, что он умер в лагере.

Священник Казанского храма в Лыскове объявил, что будет отпевание скончавшегося в заключении архиепископа Александра Щукина.

Многие помнили святителя, и народу собралось такое множество, что храм не мог вместить всех желающих. Большая часть пришедших стояла на улице.

Послушница Анна сделала небольшой гроб, туда положила четки святителя, крест и Евангелие.

После отпевания народ молитвенно попрощался с архиепископом, а затем состоялся крестный ход вокруг храма. Впереди, подняв гроб на плечо, шел священник, а хор и весь народ пели: «Волною морскою...»

Иеромонах Дамаскин (Орловский)

«Мученики, исповедники и подвижники благочестия Российской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Книга 1». Тверь. 1992. С. 155-160

Примечание Свернуть примечание →
[1] Имеются в виду его блистательные выступления" на диспутах против невежественных безбожных лекторов. Источник: fond.ru

прор. Оси́я

Св. пророк Осия жил в VIII веке до Р.Х. в Израильском царстве. Он был современником пророков Исаии, Михея и Амоса. Его пророческое служение длилось более 60 лет и было направлено на обличение идолопоклонства и беззаконий соплеменников, предсказание их плена и последующего обращения к Богу. По наитию Святого Духа он предвозвестил прекращение ветхозаветного жертвоприношения, распространение истинного Богопознания, а также события из жизни Христа: бегство в Египет, трехдневное воскресение и победу над смертью. Скончался в глубокой старости и был погребен в своей земле.

Житие Свернуть →

Святой пророк Осия, сын Беериин, происходил из колена Иссахарова. Он жил в VIII в. (не позднее 722 г.) до Рождества Христова в царстве Израильском и был современником святых пророков Исаии, Михея и Амоса.

В то время многие его соплеменники отступили от истинного Бога и, забыв Его благодеяния и чудеса, поклонялись идолам. Святой пророк Осия своими мудрыми наставлениями вновь обращал их к древнему благочестию. Обличая беззакония жителей Израиля, пророк возвещал им великие бедствия от иноплеменников, переселение в плен ассирийский и затем обращение их к Богу.

Почти за тысячу лет до пришествия Спасителя святой пророк по наитию Святого Духа предсказал, что прекратится ветхозаветное жертвоприношение и не будет Ааронова священства (Ос.3:5) и что по всей земле распространится истинное Богопознание (Ос.2:20). Говорил Осия и о Христе, что Он возвратится из Египта (Ос.11:1; сравни Мф.2:15), тридневно воскреснет (Ос.6:2; сравни 1Кор.15:4) и победит смерть (Ос.13:14; сравни 1Кор.15:54-55). Пророчества святого Осии включены в число книг Священного Писания.

Пророческое служение святого Осии продолжалось более 60 лет. В глубокой старости, всю свою жизнь посвятивший исполнению воли Божией Богодухновенный пророк скончался и был погребен мирно в своей земле.

сщмч. Анато́лий Ивановский

Сщмч. Анатолий Ивановский (1863–1918) окончил Вятскую духовную семинарию. В 1901 году рукоположен во священника и 17 лет служил в Казанско-Богородицкой церкви села Салтак-Ял, совмещая пастырское служение с работой законоучителя. После революции был арестован в 1918 году по обвинению в контрреволюционной агитации. На допросах виновным себя не признал, заявив, что лишь верен своим пастырским обязанностям. Приговорен к расстрелу и казнен 30 октября 1918 года близ Уржума.

Житие Свернуть →

Анатолий Дмитриевич Ивановский родился 16 февраля 1863 года в селе Пектубаево Яранского уезда Вятской губернии в семье священника церкви Рождества Христова того же села Димитрия Ивановича Ивановского. После окончания в июне 1883 года по 2 разряду Вятской Духовной семинарии в сентябре 1884 года он был назначен псаломщиком в Троицкую церковь села Салобеляк Яранского уезда Вятской губернии, а затем, с 14 апреля по 15 июля 1887 года, служил псаломщиком в кладбищенской церкви города Яранска. В том же году, решив продолжить образование, Анатолий Ивановский поступил в Казанский университет, где проучился 3 года и был уволен по болезни согласно личному прошению 30 апреля 1890 года. В 1890-1892 годах он проживал поочередно в Казани, а затем в Елабуге и Чистополе, где пел в церковном хоре. Вскоре после этого А.Д.Ивановский перебрался в село Шулка Яранского уезда Вятской губернии, где проживали родители его супруги Юлии Михайловны, отец которой также был священником.

24 февраля 1895 года Анатолий Ивановский вновь поступил на епархиальную службу и был назначен псаломщиком в Предтеченскую церковь села Суводь Орловского уезда Вятской губернии, где прослужил до мая того же года. 11 ноября 1895 года он был поставлен псаломщиком в храм села Знаменское Яранского уезда Вятской губернии и нес это послушание до 17 февраля 1901 года, когда был рукоположен во диакона, а затем и во священника с назначением в Казанско-Богородицкую церковь села Салтак-Ял Уржумского уезда Вятской губернии, где прослужил 17 лет. Помимо священнических обязанностей отец Анатолий вел просветительскую работу нес послушание законоучителя в Шагаранурской школе грамотности с 23 февраля 1901-го по 1903 год, Аргаранурской церковно-приходской школе с 23 февраля 1901-го по август 1914 года, Шагаранурской церковно-приходской школе (с 1 сентября 1914 года), Салтак-Яльской земской школе с 22 октября 1901 года, Мокрушинской земской школе с 1 октября 1914 года. В первых трех из упомянутых выше учебных заведений отец Анатолий был и заведующим, а кроме того, с 18 ноября 1902-го по 15 ноября 1906 года заведовал также Салтак-Яльской женской школой.

Труды священника Анатолия Ивановского получили признание, батюшка имел несколько наград: набедренник (1905 год), скуфью (1913 год), юбилейный нагрудный знак в память 300-летия царствования дома Романовых, медаль в память 25-летия церковно-приходских школ. В сохранившихся клировых ведомостях вышеупомянутых церквей говорится, что отец Анатолий вел себя скромно, поведения был весьма хорошего. Семейство батюшки состояло из 9 человек: супруги Юлии Михайловны, сына Всеволода, дочерей Веры, Нины, Феофании, Ольги, Людмилы, Наталии, Александры. После революции 1917 года и прихода к власти большевиков начались гонения на Церковь. Советская власть использовала для этого и напряженную обстановку, сложившуюся в стране в ходе гражданской войны.

В сентябре 1918 года в уездные города Поволжья из Чрезвычайной комиссии восточного фронта поступила телеграмма следующего содержания: "На чехословацком фронте по всей прифронтовой полосе наблюдается самая широкая необузданная агитация духовенства против советской власти. Ввиду этой явной контрреволюционной работы духовенства предписываю всем прифронтовым Чрезвычайкомам обратить особое внимание на духовенство, установив тщательный надзор за ними, и подвергать расстрелу каждого из них, несмотря на его сан, кто дерзнет выступить словом или делом против советской власти. Приказ этот разослать уездным агитационным и волостным советам". В Уржумской комиссии по борьбе с контрреволюцией 13 сентября 1918 года на это указание откликнулись так: "Уржумская комиссия по борьбе с контрреволюцией предписывает всех попов, выступивших с контрреволюционными проповедями и агитациями, немедленно арестовывать и препровождать в комиссию с протоколами обвинения". 4 октября 1918 года подобное указание еще более ужесточилось: "Комиссия предлагает попов замеченных в противосоветской агитации немедленно арестовывать и доставлять в комиссию, при сопротивлении же расстреливать на месте". Такая директива, к сожалению, нашла отклик на местах. Ревностное служение отца Анатолия, его твердая вера в Бога, то уважение, которым он пользовался среди прихожан, вызывали неудовольствие. Опьяненные революционными "свободами" представители новой власти, ряд крестьян села Салтак-Ял стали добиваться смещения священника.

На основании "сигнала" с мест 17 сентября 1918 года священник Анатолий Ивановский был арестован Уржумским уездным чрезвычайным следственным комитетом по борьбе с контрреволюцией "как белогвардеец, который ведет агитацию против Советов даже проповедями". На допросе 16 октября 1918 года отец Анатолий своей вины не признал, сказав: "Я населению своего прихода ничего на почве политической не говорил и агитации никогда не вел". А на вопрос как он смотрит на закон об отделении Церкви от государства прямо ответил, что это значит лишить государственную власть благословения Божьего. Батюшка сказал также, что признает советскую власть в гражданских делах, а в церковных нет. Верность Богу и Его Церкви, своему пастырскому долгу, была для отца Анатолия превыше всего. "Виновным себя ни в чем не признаю, в том и подписуюсь. Анатолий Дмитриев Ивановский", - такой фразой заканчивается протокол первого допроса.

Об этом же самом батюшка говорил и на повторном допросе 18 октября, показав: "Против власти я лично не агитировал, а только читал воззвания Патриарха Тихона и Церковного Собора. Я предполагал, что я должен исполнять предписания высшей церковной власти и что советская власть не должна вмешиваться в церковные дела согласно декрета об отделении Церкви от государства. Я исполнял свои обязанности, а если это не исполнять, то должно уйти с должности. Советскую власть признаю как факт и исполняю ее распоряжения. Для меня безразлично, какая власть бы не была, лишь бы была она на христианских основах. Царское правительство для меня лучше в том, что Церковь не была отделена от государства. Вообще не задавался целью судить, какая власть лучше, какая хуже, лишь бы были между людьми братские отношения". Конечно же, никакой контрреволюционной деятельности батюшка не вел, а пострадал за веру, за то, что добросовестно выполнял свои обязанности и не скрывал своих убеждений. Отец Анатолий пользовался на приходе огромным уважением. Причт Салтак-Яльской церкви выступил в защиту своего пастыря.

23 сентября 1918 года диакон Иоанн Иванов и псаломщик Федот Ефремов направили в органы советской власти следующее прошение: "17 сентября 1918 года священник села Салтак-Ял Анатолий Ивановский был взят военной силой и увезен в Уржум на заключение в темницу, по какой причине, мы совершенно объяснить не можем, так как в поведении отца Анатолия Ивановского мы не замечали никаких противозаконных действий: проповедей на политические темы не произносил, а произносил лишь на религиозные темы поучения".

Постановлением Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией, саботажем и преступлениями по должности при СНК на Чехословацком фронте от 18 октября 1918 года священник Анатолий Ивановский был приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 30 октября 1918 года, близ города Уржума. А.Д. Ивановский реабилитирован 1 июля 1992 года Прокуратурой Кировской области согласно ст. 3 и 5 Закона РСФСР "О реабилитации жертв политических репрессий" от 18 октября 1991 года. 23 июня 2008 года определением Священного Синода Русской Православной церкви священник Анатолий Ивановский причислен к лику Новомучеников и исповедников Российских. По Благословению Митрополита Вятского и Слободского Хрисанфа внесен в Собор Вятских святых.

Источник: pstgu.ru